От Вислы до Немана. С древнейших времён до наших дней
Главная > Библиотека > Записки графа Миниха, сына фельдмаршала, писанные им для детей своих
Миних И. Э.

Записки графа Миниха, сына фельдмаршала, писанные им для детей своих

Добавлено:
Добавил: production
Обновлено:
Миних И. Э. Записки графа Миниха, сына фельдмаршала, писанные им для детей своих.
Аннотация:
Граф Бурхард Христофор Миних, отец автора этих записок, в 1734 году был назначен главнокомандующим армией в войне за польское наследство; руководил блокадой и бомбардировкой Гданьска (Данцига), где находился Станислав Лещинский, претендовавший на титул польского короля, вынудив сдаться гарнизон одной из сильнейших крепостей того времени. Об этом событии рассказывается на с.71-87 данного издания.
Фрагмент текста:
...Между тем прошла зима, и наступил уже февраль месяц 1734 года, а Гданьск ни на какие предложения не соглашался. Обер-камергеру [Э.И.Бирону] показалось сие весьма медлительно. Он изведал расторопность и предприимчивость отца моего во многих случаях: и так ненависть принуждена была уступить необходимости, и отец мой сверх ожидания получил главную команду над армией в Польше, равно как и управление над осадою Гданьска. Он отправлен был весьма поспешно и скрытно, и в двенадцать дней приехал под прусским прикрытием в лагерь, расположенный под означенным городом. Тут нашел он корпус, состоящий из двенадцати тысяч человек регулярного войска, из которых, однако ж, едва восемь тысяч человек в состоянии были службу свою нести. Потребной для осады тяжелой артиллерии совсем там не находилось, а притом и нельзя было ожидать оной из Российских гаваней прежде как в июне месяце.

Город Гданьск укреплен регулярно, снабжен хорошей внешней фортификацией и многими вокруг лежащими шанцами: с одной стороны был он неприступен, по причине потопленной земли: гарнизон в городе, к которому польская коронная гвардия и новоучрежденный Маркизом де Монти драгунский полк принадлежали, состоял по крайней мере из десяти тысяч человек регулярного войска. Все укрепления прикрывались достаточным количеством исправных пушек. В военной амуниции не имелось никакого недостатка, а хлеба в купеческих амбарах находилось столько, что жители вместе с гарнизоном несколько лет продовольствие иметь могли. Если при сем взять еще во уважение присутствие короля, знатнейших особ государства, и французского посланника, который именем своего государя обещал городу не только скорую помощь, но также полное за убытки возмездие; то не может показаться странным, что магистрат и граждане расположены были охотнее все вытерпеть, нежели оставить дарованное покровительство от такого государя, который доверие свое возложил на их верность.

На другой день по приезде отца моего, послал он во Гданьск письменное объяснение такого содержания, что он имеет повеление огнем и мечом разорить город, если обыватели оного чрез одни сутки не решатся признать Августа своим королем и Станислава вместе с его сообщниками выдать. Но ответ на сие гласил, что они почитают Станислава законным королем своим и до последней крайности оборонятся станут.

По получении сего отзыва неприятельские действия начались неукоснительно. Наступление сделано на первое предместье, Шотландом именуемое, где находились городские войска, и посильном сражении, на котором около ста человек с неприятельской стороны убито, россияне овладели оным. Очередь вскоре дошла потом до некоторых шанцов, которые тож Российскими войсками заняты: но к городу еще нельзя было приступить формально, за недостатком в потребной для осады артиллерии.

Невеликий понесенный в людях урон при завладении упомянутых шанцов возбудил в отце моем желание отнять у неприятеля один известный укрепленный пригорок, с которого весь город под пушечным стоял выстрелом. Сей пригорок называется Гагельсберг, который имеет столь выгодное положение, что если б удалось его взять, то бы всеконечно вскоре за сим и сдача Гданьска последовала. В ночи на 28 число апреля старого стиля все нужные к тому приготовления были сделаны. План атаки был такой, чтобы три тысячи человек, к которым в подкрепленье присоединены еще пять тысяч человек, наступили на означенный пригорок со слабейшей стороны. Назначенные для приступа войска скрытно и в наилучшем порядке подведены уже были почти к подошве укреплений, и нападение одной колонны со столь хорошим произведено успехом, что некоторые гренадеры вошли уже на вал и завладели одной батареей. Но как по несчастью предводители двух других колонн убиты неприятелем, войска пришли в беспорядок, и чрез то атаку по предписанному плану произвести было невозможно; то по сей причине предприятие сие не имело надлежащего успеха и с нашей стороны убито великое множество людей потому наиболее, что ожесточенные солдаты лучше желали погибнуть на месте, где сильнейший огонь производился, нежели отступить и жизнь свою спасать; даже оставшиеся в живых послушались не прежде, пока подоспевший туда генерал Ласси их не уговорил.

Потеря от 900 до 1000 человек не могла бы за великое почесться при осаде, подобной производившейся под Лилем во Фландрии, где в 1708 году безуспешный приступ стоил 6000 человек гренадеров; но в столь малочисленной армии, какая под Гданьском стояла, означенная потеря тем чувствительнее была при дворе, что тут ни к каким неприятным известиям не привыкли; и потому уныние распростерлось столь великое, что думали будто отец мой со всем своим корпусом прогнан и разбит гданьскими войсками. Напротив того, сей будучи затруднениями больше раздражаем, нежели устрашен, не лишился бодрости своего духа, но начатые для осады приготовления, как то окопы и рвы, продолжал с обыкновенной прозорливостью своею безостановочно.

Обретающиеся в Гданьске войска, вскоре после означенного происшествия, многократные и сильные делали вылазки, но по причине хороших к отражению их сделанных распоряжений, всегда возвращались обратно в город без всякого успеха...